2-я Часть

3-я Часть

Гюлистанская крепость находится в двух километрах западнее села Гюлистан Шаумяновского (Шаумянского) района НКР, на правом берегу речки Инджа, на огромном клинообразном скальном холме напротив горы Мров. Речка, текущая от лесистой подошвы Мрова, с трех сторон окружает западную часть холма. Только с южной стороны подъем по склону сравнительно доступен, с этой стороны и находится главный вход в крепость. Она построена на ровном плоском участке на вершине скалы, вытянутом в длину наподобие языка — при длине в 240 метров наибольшая его ширина составляет 30. Стена с башнями тянется над самым обрывом, повторяя его линию, с южной стороны крепость имеет дополнительную вторую стену. С северо-западной стороны на склоне, поросшем густым лесом, замаскирован тайный подземный ход.

В западной части крепости на узкой возвышенной части на краю скальной массы расположен дворец. Второй малый дворец расположен у подножия южного склона, на дороге, ведущей ко входу в крепость. С этой стороны находилось поселение при крепости — видны развалины церкви, мельницы, бани и моста.

О постройке крепости не сохранилось достоверных исторических сведений. Исследователи конца XIX века на основе народных преданий придерживались мнения, что Мелик-Беглар I, обосновавшийся в другой части меликства Гюлистан, в hОрекаване, распространил свою власть также на Гюлистанскую крепость, которая принадлежала прежнему правителю гавара Абрааму-юзбаши, обновил ее и превратил в свою резиденцию. Однако, по свидетельству источников, власть Мелик-Беглара, жившего в середине XVII века, и его преемников не распространялась непосредственно на село Гюлистан и его окрестности, а наследник местных правителей Абраам-юзбаши жил и действовал спустя более полувека после Мелик-Беглара.

В переписке 1720–1730 годов, связанной с армяно-русскими отношениями, в качестве хозяев гавара, села и крепости Гюлистан (в подлинниках упоминается также «сгнах») многократно упоминаются братья-юзбаши Есаи, Абраам и Саркис. Изучение документов позволяет утверждать, что крепость Гюлистан была важной опорной точкой арцахской национально-освободительной борьбы в течение первых 30 лет XVIII века в одном из пяти военных объединений — сгнахе Джраберд-Гюлистан. В то время особыми славой и авторитетом пользовались укрепившиеся здесь Есаи-юзбаши и Абраам-спарапет. Своим упорным сопротивлением и гибкой политикой они уберегли край от разорения кавказскими горцами и турецкой армией.

По всей вероятности именно в этот период, в первые десятилетия XVIII века, были полностью перестроены стены крепости и ее внутренние строения, дошедшие до наших дней, в том числе дворец. Крайне благоприятное расположение крепости и в предшествующее столетие несомненно использовалось с оборонительными целями. В частности, изучение исторических слоев развалин показывает, что внутренний дворец был перестроен на фундаменте, относящемся по крайней мере к XVII веку.

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Арцах (арм. Արցախ) — название античной провинции Великой Армении, затем Кавказской Албании, часть территории которой в настоящее время занимает самопровозглашенная Нагорно-Карабахская Республика.

Впервые Арцах под названием «Уртехе» или «Уртехини» упоминается в клинописях урартского царя Сардура II, обнаруженных у села Цовк. После падения царства Урарту (начало VI века до н. э.) Арцах являлся частью первого Армянского царства, [1] которое с момента своего возникновения находилось в подчинении вначале Мидии, а в 550—331 гг. до н. э. — Ахеменидской Персии.

С начала II века до н. э. Арцах находился в границах армянского государства династии Арташесидов, северо-восточная граница которого, по свидетельству ряда греко-римских историков и географов, проходила по реке Кура (Кур).

В I веке до н. э. Арцах выступает под именем «Орхистене». Страбон упоминает Орхистену в числе армянских провинций [2](также как Фавнену и Комбисену). В это время Армения становится самым могущественным государством в Передней Азии. Армянский царь Тигран II (Великий) построил здесь город Тигранакерт — один из четырёх городов того времени, носивших его имя. [3] Руины этого города находятся в окрестностях нынешнего Агдама. На месте древнего города сохранились курганы, каменные изваяния, выдолбленные в скалах культовые сооружения.

Клавдий Птолемей в своей «Географии» сообщает, что «Великая Армения ограничивается с севера частью Колхиды, Иберией и Албанией по вышеуказанной линии, проходящей через реку Кир (Куру)»[4]. Он же пишет : «Кир, которая течет по всей Иберии и Албании, отделяя от них Армению …».[5]То же говорит и Плиний Старший, который пишет : «Теперь будут перечислены жители пограничных с Арменией областей : всю равнину, начиная от реки Кура , заселяют племена албанов (Planitiem omnem a Cyro usque Albanorum gens tenet), а затем иберов … » [6]. Потверждая это, Плиний повтаряет : «племя албанцев, расселившееся по кавказским горам, доходит, как сказано , до реки Кира» [7]. В описании Армении он сообщает также , что Великая Армения «тянется до реки Кура» [8] . Это потверждается Страбоном : «Она (Кура) берет начало в Армении и, тотчас вступая в вышеупомянутую равнину (в Иберии), принимает Араг, текущий с Кавказа, и другие притоки, а затем через узкую долину течет в Албанию; между нею и Арменией река мощно проносится по равнинам». [9] Об армяно-албанской границе существуют также другие, косвенные данные античных первоисточников. Например Дион Кассий, который свидетельствует : «Оройс, царь албанцев , живших выше (ύ π έ ρ) Кирна». [10]

Арцах входил в состав армянского царства Арташесидов и Аршакидов [11]. После его распада и раздела Армении между Византией и Персией (387) вместе с армянской провинцией Утик был присоединён к Албанскому царству, [12] расположенному к северу от реки Кур (Кура) [13], которое, в свою очередь, также оказалось в подчинении Персии. В 469 году это царство было преобразовано в персидское марзпанство (наместничество) Арран.

По сообщению Зоранамака в армии Великой Армении в IV – начале V вв. Арцах выступал по одной тысяче воинов. [14]

Согласно армянскому историку V века Мовсесу Хоренаци, граница между Албанией Кавказской (арм. Алуанк) проходила «от реки Ерасх (Аракс) до крепости, называемой Хнаракерт[15]», «вдоль большой реки по названию Кур (Кура)»[16]. Мовсес Хоренаци (V век) называет Арцах «Малым Сюником» (арм. «Покр Сюник»). Именно здесь, в Амарасе, согласно Мовсесу Хоренаци, был погребён юный Григорис (внук св. Григория Просветителя) после его гибели на поле Ватнян[17]. В этом же монастыре в начале V в. создатель армянского алфавита св. Месроп Маштоц основал первую армянскую школу, откуда началось распространение армянской письменности. Важно отметить также, что по сведениям армянского историка Мовсеса Каганкатваци из Арцаха и Утика Месроп отправился и к албанцам, которым тоже проповедовал «на их же языке». [18]

Другой армянский историк V века — Егише (Елише) пишет, что после поражения в Аварайрском сражении (451 г.) многие из армян, восставших против персов, бежали «в непроходимые страны Тморика и в густые леса Арцаха»[19].

В «Армянской географии» VII века («Ашхарацуйц») Арцах упоминается как 9-я из 15-ти провинций Великой Армении.

Об Арцахе упоминет армянский автор VIII века Степанос Сюнеци : «И так же /следует/ знать все окраинные диалекты своего языка , кои суть корчайский и хутский , и Четвертой Армении , и сперский , и сюникский , и арцахский» [20]

Начиная с X века в исторических трудах и источниках Арцах выступает под названием «Хачен» по имени крепости, где располагалась резиденция араншахикского князя Сахла Смбатяна «одного из армянских батриков». [21] О «древнем роде армян – Ераншаhиков»[22] весьма важные сообщения оставил историограф Мовсес Каганкатваци. Хаченское княжество существовало с X по XVI века. В это время здесь был построен Гандзасарский монастырь (1238), одним из видных деятелей Xаченского княжетсва Гасан Джалалом «мужом благочестивым, богобоязненным и скромным, армянина по происхождению» [23]. Киракос Гандзакеци, автор той же эпохи о князях Xачена пишет : «И были они родом из Хачена, знатного происхождения, по вере православные христиане и армяне по национальности». [24]Там с XV в. располагался Гандзасарский католикосат северо-восточных провинций Армении, где «армяне Гандзасара» [25]свято хранили христианские традиции. Византийский император Константин Багрянородный свои письма адресовал «князю Хачена — в Армению». [26]

Первым европейцем, побывавшим в Карабахе, стал немец Ганс Шильдбергер, который посетил Карабах в 1420 году. Он пишет : «Я также провёл много времени в Армении. По смерти Тамерлана, попал я к сыну его, владевшему двумя королевствами в Армении. Этот сын, по имени Шах-Рох, имел обыкновение зимовать на большой равнине, именуемой Карабаг… Хотя эта равнина лежит в Армении, тем не менее она принадлежит язычникам, которым армянские селения принуждены платить дань. Армяне всегда обходились со мной хорошо …» [27]

Наименование «Карабах» впервые упоминается в грузинской летописи XIV в. «Картлис цховреба» (ქართლის ცხოვრება). В это время Арцах распался на пять княжеств (меликств), объединяющим центром которых выступал Гандзасарский католикос. В 1672 Гандзасарский католикос Пётр в письме к русскому царю Алексею Михайловичу называет себя «католикосом армянским». [28] Как сообщает историк Мирза-Адигезаль бек в «Карабах-наме»[29], из этих меликств только Хаченское имело корни в Карабахе, тогда как остальные меликства были созданы переселенцами из других регионов: в частности, мелики Дизака были беженцами из Лори, мелики Варанды были переселенцами из Гёкчи, мелики Джераберда были выходцами из селения Магавуз в Зангезуре, а мелики Гюлистана были родом из Ширвана.

В течение XVIII века Арцах стал очагом освободительной борьбы армян. В письме к русскому царю Павлу I карабахские мелики сообщали : «В области Карабагской , яко едином остатке древния Армении сохранявшем чрез многие веки независимость свою» [30]. Российская Империя стало основной надеждой карабахских меликов, для освобождения от персидского ига. В начале XVIII века, царь Пётр I, обращаясь к меликам, писал :«армяне карабахской и капанской провинции желают жить под нашею протекциею…». [31]

Динамика роста населения Карабаха в течение XVIII века была довольно противоречивой. Так, если в документе 1740 года сказано, что «всего армянского народу, военного и протчаго, одной Карабахской провинции, которой желают притти под протекцию е.и.в., будет сто тысяч дворов…» [32], то уже в 1798 гандзасарский католикос Ованес сообщал Екатерине II о наличии 30 тыс. семейств : «… Пребывающие в Гарабаге и в Хамсе армяне, аз недостойный патриарх и раб, мелик Атам с находящимися в земли нашей епископами, священниками, пятью меликами, южбашами, всем войском и всеми обывателями до тридцати тысяч домов находящимися повергаемся вернейщими рабами быть владычества вашего… » [33].

Начиная с XVIII века, Карабах становится также одним из культурных центров тюркских племен Кавказа. Мирза Джамал Джеваншир Карабахский пишет : «Панах хан задумал подчинить себе армянские магалы Хамсе». Панах Али, «прибывшего в древние времена из Туркестана» [34] основывает в Карабахе свою правящую династию.

Карабах входит сначала в состав Гянджа-Карабахского беглярбекства, затем Гянджинского ханства. В 1747 году после убийства Надир-шаха и ослабления центральной власти в Персии возникло самостоятельное Карабахское ханство, только номинально признававшее над собой власть персидских шахов.

Царь Грузии Ираклий II пишет: «Хамс (Карабах) составляет владение и во оных сем воеводских правленей, народ весь армянского закона, в том владении находится армянской патриарх… один человек (Панах Али), закону магометанскаго и от народа жаванширскаго, принял силу; среди того правления, Хамсы, состоит старинная крепость, которая им обманом взята… и армяне хамские к воинству весьма храбры; а как в показанных семи частях воеводы между собоя несогласны, то по такому их не согласию жаваншарами под свою власть приведены» [35]. В 1813 г. между Россией и Персией был заключён Гюлистанский мирный договор, согласно которому Карабахское ханство от Персии перешло к России, что было окончательно закреплено Туркменчайским договором.

Примечания
1.  Мовсес Хоренаци, «История Армении», кн.II, гл. 44- 45
2. Страбон, кн.XI.14.4
3. Себеос, гл. 26
4. Клавдий Птолемей (Ptolemaios, Klaudios), «География», кн. V, XII.
5. Claudii Ptolemaei, «Geographia», Lipsiae, 1845, T. II, стр. 46-49, 51-52, на греч. яз.; кн. V,11,3 ; Ср.: V,11,1; V,12,9; V,12,3
6. Плиний Старший, «Естественная история», кн. VI, 28-29
7. Плиний, кн. VI, 39
8. Плиний, кн.VI, 9
9. Страбон XI. 3.2 ; Ср.: XI, 1,5; XI. 3.5 ; XI. 14. 4; XI. 3.2;II, 1, 14.; XI. 14. 4.; XI, 7, 2.; XI, 8, 4
10. Дион Кассий , кн. XXXVI, гл. 54,1
11. Моисей Хоренский. Армянская География VII в. Перевод Патканова К.П. СПб., 1877; Ср.: М.Хоренаци, «География», Венеция 1881, стр. 29 (на арм.яз.), Фавст Бузанд , «История Армении», кн.III,гл.6; кн.V, гл.13; Агатангелос, «Житие и история святого Григора», 28, «Спасительное обращение страны нашей Армении через святого мужа-мученика» , 795 CXII , Юстин, XLII, 2,9 ; Плиний, VI,37;27; Стефан Византийский , s.v. Ο τ η ν ή, Ω β α ρ η ο ί
12. Фавст Бузанд, кн.VI,гл.1; Моисей Хоренский. Армянская География VII в. Перевод Патканова К.П. СПб., 1877. стр. 41,17
13. Дион Кассий (II- IIIвв.), «Римская История» , кн. XXXVI, гл. 54,1; кн. XXXVI, гл.54,4,5; кн.XXXVII, гл. 2, 3, 4; кн.XXXVI, гл.53,5; 54,1; Аппиан ( I-II вв.), «Римская История» , Митридатовы войны, 103; Плутарх (I –II вв.), «Сравнительные жизнеописания» , Помпей, гл. 34-35
14. Матенадаран, рук. № 1379, л.1а ; Адонц Н., Армения в эпоху Юстиниана , 2 изд., Е.,1971 , гл.10-11
15. Хнаракерт — город-крепость, расположенный на среднем течении реки Куры, юго-восточнее Тбилиси.
16. Мовсес Хоренаци,«Истории Армении», кн. II,гл.8
17. Мовсес Хоренаци, «История Армении», кн. III, гл.3
18. Мовсес Каганкатваци, кн.I гл. 27
19. Егише, «Слово о войне армянской», раздел 6-ой.
20. Н.Адонц. «Дионисий Фракийский и армянские толкователи», Пг., 1915, 181-219
21. Ал-Макдиси (X в.), Мас’уди (IX-X вв.),Абу-л-Фарадж (XIII в.); См.:З.Буниятов. Азербайджан в VII-IX вв. Баку, 1965, стр. 324-325, 329
22. Мовсес Каганкатваци, кн.II,гл.17
23. Киракос Гандзакеци, гл.55
24. Киракос Гандзакеци, гл. 10
25. «Персидские документы Матенадарана. Указы. Вып. Первый (XV – XVI вв.)». , Ер., 1956, стр . 165 , Папка 2а, документ № 5, копия , размер 106Х33см, письмо шикастэ-дивани
26. Constantini Porphyrogeniti De cerimoniis aulae Byzantinae. Vol. II. Bonnae, 1829, p. 687—688
27. «Путешествие Ивана Шильтбергера по Европе, Азии и Африке». Перевод и примечания Ф.Бруна, Одесса, 1866, с.110 ; Ср.: Johannes Schiltberger, Als Sklave im Osmanischen Reich und bei den Tataren: 1394-1427 (Stuttgart: Thienemann Press, 1983), p. 209.
28. ЦГАДА, ф. Сношения России с Арменией, 1672 г., д. № 3, лл. 4 об.-6
29. Мирза Адигезаль-бек. Карабаг-Наме. Глава 3.
30. АВПР,ф.СРА, оп.100/3, 1797-1799 гг. д.464,лл.191-192. Копия
31. АВПР, ф.100 , 1724 г., д.2, л. 68-69 об. Подленник
32. АВПР,ф. СРА. 1736 г., д. 1, лл. 106-117, 144-165 об. Копия
33. ЦГВИА, ф 52, оп. 1/194, д. 270, лл. 89-90, Копия
34. Мирза Джамал Джеваншир Карабахский , гл.3
35. Грамоты и другие исторические документы XVIII столетия, относящиеся к Грузии. Том I, с 1768 по 1774 год. С.Петербург, 1891, с. 434-435.

Первый фланг фронта у села Манасашен держат дети. Почти все окопники — ученики седьмого—десятого классов. Командует учитель истории Вартан Малхасян. Управление на линии огня — за преподавателем математики Георгием Акопяном. Октябрь. Занятия не начинались. Школа разрушена гаубичным огнем со стороны азербайджанского села Шефек.

Снаряды ложатся часто. Когда загорается очередной дом, противник старается бить по дымам, зная, что соседи сбегутся на помощь, и тогда одним осколочным можно будет зацепить многих. Женщины и малолетние эвакуированы. Остались способные держать оружие. Но оружия на всех не хватает.

Мы сидим под стеной сельской церкви — мужики с пустыми руками. Догорает дом, который пытались спасти, — нет воды. Разговор о том, что дальше жить так невозможно: четвертый год открытой войны, каждый день убитые, раненые, дети растут в страхе. Связи нет, с апреля отключено электричество, началась эпидемия инфекционного гепатита, нет лекарств, не хватает хлеба. Армия на стороне азербайджанцев. Даже сейчас, когда считается, что войска больше не участвуют в операциях против армянских сел: откуда же тогда столько боеприпасов, БТРы, танки?

Это будни Шаумяновского района, включенного (на бумаге) Верховным Советом Азербайджана в состав Геранбойского района республики и объявленного на совместных сессиях райсовета и облсовета НКАО составной частью Нагорно-Карабахской республики. Сегодня каждая из сторон защищает свое решение силой огня.

read more | подробнее »

На склонах горы Мров раскинулся наш маленький, но, как эта гора, гордый и свободолюбивый Шаумянский район. Заснеженные орлиные вершины, зеленые луга, густые леса, где обитают пугливые олени. Быстрые реки, студеные родники, фруктовые сады. Такова наша прекрасная земля, всеми богатствами которой законно владеют ее отважные сыны.

Невелик наш район. Здесь всего., 20,5 тысячи жителей, из коих 16 тысяч армяне, 3,8 тысячи азерабайджанцы. У нас много старательных тружеников, растящих хлеб, создающих материальные блага, есть своя интеллигенция, смелая, глубоко любящая наш край молодежь, всеми ими мы по праву гордимся.

Когда началось карабахское движение, все население района, люди, повидавшие на своем веку немало бед, затаив дыхание, внимательно и с волнением следили за ходом событий, ожидая справедливого решения поднятой проблемы.

Да, с одной стороны, свежее веяние перестройки, с другой — справедливое требование карабахцев пробудило и нас, шаумянцев. Мы осознали, что можем потерять священную землю, завещавшую нам предками.

Кто мог подумать, что станет возможен новый геноцид, новый Тер-Зор — Сумгаит? Но, видимо, чаша скорби армянской бездонна. Вновь повторились геноцид и депортация армян. С карты Азербайджана исчезли населенные армянами районы — Ханларский, Шамхорский, Каратский (Дашкесан). В одночасье прогнали из родового села Чардахлу соотечественников маршалов Баграмяна, Бабаджаняна, шести генералов, более чем ста офицеров…

Наши сердца сжимались от боли при виде злодеяний, выпавших на долю жителей соседнего Кировабада, волю которых никому еще не удавалось сломить. Армяне-кировабадцы вынуждены были бежать. И вновь потянулись скорбные караваны, ибо попиралось достоинство армянских матерей, стариков и детей, насильственно изгоняемых из Баку, Мингечаура. Раненные, избитые, окровавленные, люди покидали обжитые места.

Спокойно и безразлично взирать на все это шаумянец не мог. Каждый из нас уже мыслил по-новому. Волна гнева захлестнула весь район. Прежнее руководство Шаумянского района, как ни пыталось в зародыше задушить нарастающее народное возмущение, так и не сумело этого сделать.

Районный Совет народных депутатов принял решение о воссоединении района с Арцахом, неотъемлемой частью которого он был всегда. Ведь населенное армянами владенье Мелик-Бегларянов и есть нынешний Шаумянский район.

Многие пострадали после выдвижения законного требования воссоединить Шаумянский район с Нагорно-Карабахской автономной областью. В чем же выражается эта автономия? Ее никогда фактически не было и нет. Но тем не менее в трудные для нас дни шаумянцы протягивают руку к Арцаху, как сын, попавший в беду, протягивает руку родной матери.

Шаумянцы поднялись на ноги, заклокотал вулкан. Состоялся пленум райкома, на котором был отстранен от занимаемой должности первый секретарь райкома партии. Вместо него избрали коренного шаумянца, компетентного и молодого Владимира Агаджаняна.

Далее наступили удивительные времена, чтобы не сказать больше. Где ж это видано, чтобы в стране, в которой руководствуются «Конституцией развитого социализма», республика взяла в блокаду один из своих районов. И мы остались одни со своими горами — нашей надежной опорой.

Особенно разочаровали нас наши соседи —- жители двух азербайджанских сел района Шефека и Зейвана, с которыми не раз доводилось делить хлеб-соль. Они перекрыли дороги, ведущие на железнодорожную станцию, в город Кировабад и Ереван, блокировали и дорогу в Арцах. Нас тем самым лишили возможности завозить муку, корма, стройматериалы, медикаменты, топливо для школ и учреждений…

Но мать-Армения не забыла наш небольшой район, ежедневно оказывая нам посильную помощь. Мы благодарны ей, пережившей столько бедствий, ставшей вновь страной сирот и скорбей.

Нет, мы не теряем надежду и вспоминаем известные слова Долорес Ибаррури: «Лучше умереть стоя, чем жить на коленях».

Мы не разуверились и сплотились воедино. Молодежь по ночам дежурит в окрестностях сел, а днем работает не покладая рук. Работают все: и стар, и млад, и мужчины, и женщины. Урожай убрали без потерь.

Но не все оказались готовы к трудностям, выпавшим на долю шаумянцев. Иногда можно услышать: «Видите, что получилось? Вероятно, право было прежнее руководство района. Если бы мы не вынесли решение о воссоединении с Арцахом, не было бы блокады, всех этих трудностей».

Как наивны и близоруки те, кто так думает. Ибо в противном случае мы разделили бы судьбу, постигшую другие армянонаселенные районы. Мы — армяне, но где же наш исконный армянский уклад жизни, наша культура, литература, искусство? Ведь все это находилось или под запретом,, или на грани исчезновения. За неполных 70 лет Советской власти в крае мы и наши дети ни разу не слышали и не видели передач Армянского телевидения и радио! А ведь наши предки — те же арцахцы, а мы, потомки, должны быть достойны их.

У нас, в Гюлистане, стоит старинная и полуразрушенная нынче крепость, построенная руками наших дедов. «Берд» («Крепость») — так называется и благотворительное общество, созданное в нашем районе. Поддерживая связи с благотворительными обществами Армении и Арцаха «Гтуцюн» и «Амарас», в условиях блокады района оно выполняет большую работу по оказанию помощи населению, решает сложные проблемы, возникающие в столь трудные дни.

Хочу от имени всего армянского населения района выразить глубокую признательность уроженцам нашего края, живущим в разных городах и республиках, преимущественно в Армении, которые оказывают своим землякам всемерную поддержку. Почувствовав нависшую над родными очагами опасность, орлы слетелись к нам, чтобы помочь в лихую минуту. На вертолетах присылают нам продукты, но самое ценное — говорят слова, вселяющие надежду и веру. Не хочу называть имена, ибо всех не перечислить. Особенно отрадно, что сегодня, когда в районе осталось очень мало врачей, родина-мать направляет в наш район не только врачей, но и целые бригады других специалистов.

Шаумянцы чувствуют, что они не одиноки в своей благородной борьбе. Остается только сказать: спасибо, люди, что не забываете свою святую землю, край, давший вам жизнь. Как бы ни была решена карабахская проблема, воссоединение с НКАО отвечает коренным интересам нашего народа. Единственная мечта и цель шаумянцев — воссоединиться с утраченным ранее и вновь обретенным Арцахом.

Беник ХАЧАТРЯН,
председатель Совета народного образования Шаумяиского (с) района

Посмертно Татул Крпеян был удостоин звания Национального Героя Армении.